Что скрывается за досками заброшенных домов? Жуткая легенда о библиотеке, красной свече и существе, которое ждало своего часа триста лет. История, после которой ты никогда не пойдешь на вечеринку в незнакомом месте.
Привет, друг. Готов услышать историю, которая идеально подойдет для чтения темным осенним вечером? История о любопытстве, которое действительно сгубило не одного кота, о заброшенных местах, хранящих древние секреты, и о том, как обычная детская шалость может обернуться кошмаром наяву. Эта история стала местной легендой, и ее шепотом передают из уст в уста, чтобы предостеречь слишком любознательных. Устраивайся поудобнее, выключи свет. Мы отправляемся на вечеринку, с которой никто не вернулся.
В каждом городе есть свое зловещее место. Таким местом для ребятни из одного спального района был старый, мрачный двухэтажный дом, сложенный из почерневших от времени кирпичей. Окна и двери были наглухо заколочены толстыми досками, и никто из ныне живущих не помнил, чтобы оттуда кто-то выходил или заходил. Дом стоял немым укором, обрастая самыми жуткими легендами: о призраках прежних жильцов, о маньяке, который замуровал в подвале свою семью. Но самые прагматичные ребята, трое неразлучных друзей — Витя, Артем и Макс — верили в более приземленную версию: там живут бомжи и наркоманы. Поэтому близко подходить к дому они избегали.
Все изменил один случайный удар. Гоняя мяч во дворе напротив, Витя, самый задиристый из компании, со всей силы запустил его прямо в зловещее здание. Мяч врезался в одну из досок, закрывавших окно подвала. Раздался сухой треск, и доска, прогнившая от времени, с грохотом отвалилась, обнажив черный, как провал в преисподнюю, проем.
— Ого! — выдохнул Артем, самый осторожный из них.
— А слабо туда залезть? — тут же предложил Витя, его глаза загорелись азартом.
Страх быть осмеянным оказался сильнее страха перед неизвестностью. Подавив дрожь в коленках, друзья по очереди пролезли в зияющую дыру.
Подвал оказался скучным и пыльным. Старая, истлевшая мебель, паутина и запах сырости. Ободренные, они поднялись на первый этаж. Там их встретило не привидение, а evidence чьего-то недавнего присутствия: десятки пустых бутылок из-под водки, которые с пугающим лязгом катались по полу от неосторожных прикосновений, и ведро, доверху наполненное окурками, от которого тянуло тяжелым, мерзким смрадом.
— Ну и что тут страшного? — фальшиво бодро сказал Витя. — Бомжи тут тусуются, и все. Давайте на второй этаж глянем, для полного отчета!
Лестница скрипела жалобно, но выдержала. И вот тут началось самое странное.
Второй этаж был другим. Совсем другим. Их фонарики на телефонах как будто проглатывала густая, почти осязаемая тьма. Светили они, а видно ничего не было, будто лучи уперлись в черный бархат.
— Что за черт? — прошептал Макс, самый умный. У него мелькнула догадка. Он достал из кармана зажигалку, щелкнул — и маленький язычок пламени осветил пространство куда лучше, чем современные LED-лампы. В его свете они увидели на одном из столов массивный старинный подсвечник с тремя нетронутыми восковыми свечами. Не раздумывая, они зажгли их.
И тьма отступила.
Они стояли в огромной библиотеке. Высоченные дубовые шкафы, до самого потолка, были забиты толстыми фолиантами в кожаных переплетах. Книги были старыми, очень старыми. Буквы на корешках были знакомыми — латиница, но слова не складывались ни в одно понятное слово на английском, который они изучали в школе.
— Это не по-английски, — констатировал Макс, листая один из томов. Страницы были испещрены непонятными символами и странными иллюстрациями.
Само помещение поражало: в отличие от первого этажа, здесь царила идеальная, стерильная чистота. Ни пылинки, ни паутинки. Три массивных стола, покрытых зеленым сукном, и тяжеленные, неподъемные стулья. Они не могли сдвинуть их с места.
Именно тогда у Вити родилась «гениальная» идея.
— Ребята, да тут же можно крутейшую вечеринку на Хэллоуин замутить! Жуть как атмосферно!
Идея была воплощена в жизнь. Через неделю, в канун Дня всех святых, компания из двенадцати человек (десять мальчиков и две отчаянные девочки) прокралась к заброшенному дому. Остальные одноклассники, узнав о месте проведения, вежливо отказались, сославшись на другие планы.
Пробравшись внутрь, они с облегчением обнаружили, что дом пуст. Ни бомжей, ни следов их recent присутствия. На втором этаже, к их удивлению, все так же горели три свечи в подсвечнике, хотя в прошлый раз они ушли, оставив их горящими, и воск должен был давно истлеть. Но на это никто не обратил внимания — все списали на плохую память.
Они расставили на одном из столов угощения, разлили по стаканам томатный сок, с криками «Пьем кровь!» создавая нужную атмосферу. Начали рассказывать страшные истории. Одна из девочек, Лиза, предложила погадать по книге. Но все фолианты были на неизвестном языке. Зато иллюстрации в них были жутковатыми: трехглавый пес с короной, окровавленные младенцы, виселицы, и чаще всего — огромный мужик с рогами и ярко-красной кожей.
Перед уходом любопытство снова взяло верх. Витя заметил на верхней полке одного шкафа промежуток, где что-то блестело. Соорудив «пирамиду» из стула и друзей, он достал находку. Это была еще одна свеча, необычного кроваво-красного цвета.
— Зажжем на посошок? — предложил он.
Не думая о последствиях, они чиркнули спичкой.
Яркий, неестественно красный свет заполнил комнату, затмив собой все другие источники. И в этой вспышке они увидели его.
За дальним столом, на том самом стуле, который они не могли сдвинуть, сидела массивная фигура в длинном плаще с капюшоном. Он был погружен в чтение одной из книг. Дети замерли в ужасе, не в силах пошевелиться.
— Взять 12 сочных детей и накрутить из них фарш, добавить лука… — его голос прозвучал низко и глухо, словно из-под земли. — Интересно, где я сейчас возьму 12 детей?
Он оторвался от книги и повел вокруг себя пустым взглядом. Его глаза скользнули по стоявшим неподвижно детям, но, казалось, не увидели их.
— Нет, не найти мне 12 детей для моих хэллоунских котлет. Лягу опять я спать голодным.
Витю, подгоняемый бравадой и желанием доказать свою храбрость, подкрался к фигуре и дернул с него капюшон.
То, что они увидели, вогнало их в ступор. Это был тот самый мужик с иллюстраций. Его кожа была алой, как свеча, а на голове красовались не рога, а скорее какие-то хитиновые, насекомоподобные антенны. Эти антенны дёрнулись, повернулись в сторону детей и замерли, словно нацелившись.
Существо медленно подняло голову. Его взгляд, наконец, сфокусировался на гостях. В его глазах вспыхнули огоньки нечеловеческой радости.
— Раз… Два… — его толстый палец тыкал в воздух, пересчитывая их. — Три… Четыре… Мальчик, встань ко всем. Пять… Шесть… Двенадцать! Двенадцать сочных детей! Наконец-то моя магия сработала, и еда сама пришла ко мне! Триста лет я не ел ничего!
Его радостный рев разорвал тишину. Дети взревели в едином порыве абсолютного, животного ужаса и бросились к выходу.
Но путь им преградили они. Те самые «бомжи» с первого этажа. Только теперь, в свете красной свечи, было видно их истинные лица — прозрачные, искаженные вечной мукой, с пустыми глазницами. Это были призраки-стражники, обреченные вечно охранять покой своего господина.
Двери захлопнулись. Крики стихли так же внезапно, как и начались.
На следующее утро доска снова лежала на своем месте, закрывая окно подвала. Заброшенный дом снова стоял молчаливый и неприступный. Никто и никогда не видел тех двенадцати детей. Их исчезновение списали на побег из дома или на руку маньяка.
Но по городу пополз шепот. Шепот о том, что в ночь на Хэллоуин в доме из черного кирпича иногда зажигается красный свет. И что если подойти очень близко, то можно услышать тихий, довольный смех и скрип пергамента. И почувствовать аппетитный запах жареного лука.
Эта история — жестокий урок. Не каждое место для вечеринки безопасно. И не каждую свечу стоит зажигать. Некоторые двери лучше оставить закрытыми.